//А В МИННЕСОТЕ С НЕБА ПАДАЮТ ЛЯГУШКИ

01.06.2023

А В МИННЕСОТЕ С НЕБА ПАДАЮТ ЛЯГУШКИ

Даша Мосунова рассказывает тут страсти про отдел опеки, который без разбора забирает детей из приёмных семей и доводит мам до инсультов, а то и до смертей. Узнав, о какой опеке речь, я решил высказаться — так как неплохо знаю её уже четвёртый год, а теперь знаком и с приёмной мамой, с которой всё началось. При этом, как обычно, никто не просил меня высказываться, а от опеки этой я никак не завишу.

КОЗУЛЬКА

Начну издалека.
4 года назад в райцентре Козулька из приёмной семьи забрали семерых детей — и наскоро распихали по четырём окрестным приютам (заодно разделив детей-кровных родственников). Был шум в прессе, на суд приезжала ТВК, потом на 1 канале сняли выпуск передачи "Мужское и женское" с названием "Государственные дети". В нём несколько приёмных родителей из Козульки рассказали, как зав. их опекой г-жа Апонасович параноидно преследует замещающие семьи и стравливает в них детей и родителей. После передачи СК "возбудил" проверку, о результатах которой ничего не известно. Семья, из которой забрали детей, переехала в другой район и уже там усыновила двоих из числа этих семерых изъятых, спасибо их опекуну (могли усыновить и больше, но другие новые опекуны не согласились). Апонасович же так и возглавляет опеку Козульского района и по-прежнему не приглашает специалистов Центра развития семейных форм воспитания (ЦРСФВ) помогать замещающим семьям — хотя надо бы, так как грамотные психологи, работающие с приёмными семьями, во всей округе есть лишь там, а компетенции самой Апонасович оставляют желать лучшего и могут привести к новым отобраниям детей.

СОВЕТСКИЙ РАЙОН КРАСНОЯРСКА

Отдел опеки Советского района Красноярска, в которой живёт Даша, также славится полицейскими методами взаимодействия с семьями (видимо, сказывается близость двух огромных колоний с дурной славой и отравляющего умы и воздух КрАЗа; популярный текст "В приют нельзя оставить в семье" я писал во многом под впечатлением от "работы" именно этой опеки) — основаниями для помещения детей в приют становились: непосещение школы, "плохое" поведение, выявленное психическое заболевание и т.п.
Скажем, 16-летнего Данила поместили в приют "Росток" за непосещение школы, и когда через 10 месяцев решался вопрос о лишении его матери родительских прав, инспектор из Советской опеки была единственной, кто настаивал на этом, чем удивила даже судью (кстати сказать, в приюте парень тоже не ходил в школу и снова остался на второй, вернее, уже на третий год, так что смысла в этой активности полицаев и чиновников с примкнувшими к ним школьными соцпедагогами не было никакого — одна имитация бурной деятельности; когда Данил спросил у полицейского начальства, правомерно ли было проникновение полицаев в квартиру против его воли и беспардонное перемещение его в приют с угрозами надеть наручники в случае неповиновения, чин по фамилии Мыглан официально ответил, что всё делалось по закону). Суд вернул Данила в семью, сейчас он окончил 10 класс.
Год назад, весной 2022 года, врачебная комиссия при КПНД комиссовала от службы в армии 20-летнего Сергея, из-за которого в феврале 2018 года у нас случился конфликт с той же Советской опекой — её заведующая так хотела поместить его в приют за непосещение школы, что мне пришлось пригрозить судом, в котором мы с адвокатом Юлия Богодист выступим на стороне опекуна. Предыстория: в свои 15 лет после смерти матери парень переехал из глухого села на Ангаре в семью старшей сестры в Красноярск, где пошёл в 9 класс и, будучи в субдепрессии, перестал ходить в школу, но предложил вариант выхода — учиться дома, регулярно принося учителям выполненные задания и беря у них новые. Опека не согласилась и стала грозить помещением в приют. Тогда Серёжа напугал сестру-опекуна, выпив в знак протеста стандарт таблеток. Опека же не испугалась и вместе с комиссией по делам несовершеннолетних (КДН) настаивала на приюте, так что мне пришлось звонить его инспектору и объяснять, что помещение в приют опасно для жизни и здоровья парня (позже он рассказал мне, что попытки отправиться на тот свет делал и раньше, ещё при жизни матери). Инспектор в разговоре со мной ссылалась на мнение и большой опыт своей начальницы, на что я попросил передать последней, что если Сергея отправят в приют, мы вместе с сестрой подадим в суд и выиграем его, так как само по себе непосещение школы — обоснование ещё то. В итоге Серёжу оставили дома и согласились с его планом — раз в неделю он ходил в школу с выполненными заданиями и получал новые, потом сдал ОГЭ и поступил в техникум, где отучился 2 курса. Зато Советская опека сочиняла потом бумаги с печатями, что я отговариваю детей посещать школу, а ещё позже зам. главы этого района Береговая пыталась запрещать приёмным родителям со мной сотрудничать (забавляет и характер забот чиновницы такого ранга, и отсутствие в её действиях всякого смысла: когда детям нужна помощь, родители ищут того, кто поможет, а не слушают мнение чиновниц. Замещающие семьи Советского района по-прежнему обращаются ко мне и советуют другим, сотрудники же других опек Красноярска как отправляли, так и отправляют ко мне опекаемых детей и даже иногда приводят собственных).
Ну вот, а потом и психиатры из КПНД Серёжу комиссовали — причём весной 2022 года, когда, сами понимаете, военкоматы гребли всех юношей, включая считавшихся ранее умственно отсталыми.
А теперь представьте, что было бы, не поговори я тогда с инспектрисой и послушай она свою многоопытную начальницу. Боюсь, комиссовать потом было бы некого, а у приюта возникли бы серьёзные проблемы...
Могу и другие интересные истории рассказать, но, думаю, и этих достаточно. Это всё, кстати, пока преамбула — краткое описание нашего с Дашей ареала обитания.

МИНУСИНСК

Теперь — про отдел опеки Минусинского района.
Это единственный район во всём Красноярском крае, где проводившаяся в 2020 году прокурорская проверка не нашла нарушений в обеспечении сирот жильём. Единственный. (В Балахте после этой проверки кого-то из райадминистрации даже посадили.) Сирот, получивших в Минусинске квартиры в 19-20 лет, знаю лично (в Красноярске, если не подать в суд, сироты могут ждать жилья и лет до 30). Наблюдал, как зав. опекой Минусинска лично разыскивает легкомысленно уехавших из города ребят, чтобы успели вовремя получить причитающиеся им квартиры.
Далее. Минусинский детский дом — наверно, единственный же в крае, откуда дети уходят в семьи в количестве до 90% за год — потому что директор детдома постоянно на связи с отделом опеки и сама в нём раньше работала.
Наконец, Минусинский район — единственный в крае, где каким-то чудом сохранили вечернюю школу, в которой наиболее способные выпускники коррекционок могут получить свои заветные общеобразовательные 9 классов (так спектр специальностей, на которые они могут претендовать, существенно увеличивается — в разы). Единственный в крае. У жителей других районов такой возможности уже нет. Это явствует из письма, которым красноярский Минобр летом 2021 года ответил на запрос "Новой газеты" — т.е. данные тоже совершенно достоверные.
Вообще, к образованию в Минусинске относятся серьёзно — знаю это и по личным наблюдениям, и по отзывам самих обучавшихся там сирот. Чего не скажу про другие районы края и про сам Красноярск.
По просьбе зав. отделом опеки Минусинского района несколько десятков замещающих семей обращались ко мне за помощью, дабы избежать пресловутого вторичного сиротства, то есть отказов от детей (последние две минусинские семьи приезжали нынешней весной в Красноярск; мои консультации для таких семей традиционно бесплатные, поэтому, повторяю, материального резона заниматься всем этим у меня нет и не было).
Минусинский район — единственный во всём необъятном нашем крае, где несколько сотрудников и заведующая отделом опеки прошли обучение по курсу "Сиротство как особое детство", который я провожу на базе ИПК (заодно пригласив коллег из Шушенского детдома и нескольких окрестных училищ — две группы по 20 человек каждая), а в апреле 2021 года фактически вся опека пришла на семинар детских докторов из Московского НИИ психиатрии, организованный при поддержке тех же детдома и отдела опеки, — чтобы совместно посмотреть трёх "сложных" опекаемых детей и подумать, как быть с ними дальше. На нём смотрели и девочку-подростка, которую направил ко мне инспектор, курирующий приёмную маму, за которую вступается теперь Даша, — инспектору встало поперёк горла желание мамы этой девочки от неё отказаться. В результате девочка осталась в семье и вскоре вместе с ней переехала в другой регион, где по-прежнему "пьёт кровь" из своих приёмных родителей.
Опека Минусинска не раз бодалась с местными КДН, ЦРСФВ и даже депутатствующим директором школы, требовавшими снять опеку над "трудными" приемными подростками и отправить их в приют — за "не такое" поведение, непосещение школы, плохую учёбу и т.п. Зав. опекой резонно отвечала на это, что помещение в приют никого ещё не побудило посещать школу, лучше учиться и хорошо себя вести (для контраста вспомним историю третьегодника Данила из Советского района).

СИТУАЦИЯ

А теперь представьте ситуацию (так как работаю теперь с этой приёмной мамой, привожу здесь только данные, опубликованные Дашей): женщина переживает несколько инсультов. (Отмечу в скобках, что обвинять отдел опеки в том, что они случились, так же разумно, как, например, считать, что огромную сумму на красноярских лже-юристов эта женщина потратила потом тоже по вине отдела опеки — несмотря на все увещевания Даши не делать этого. Что до разговоров про смерть из-за действий опеки шестерых приёмных мам — это, конечно, на любителя, но, будь я журналистом, перед публикацией проверил бы, так ли это — если не из уважения к читателям, то хотя бы из опасения схлопотать чего-нибудь за клевету.)
Но вернёмся к приемной маме. Немолодая женщина переживает несколько инсультов. Соответственно, здоровье её сильно страдает, из-за чего воспитывать многочисленных приемных детей, во всяком случае младших, становится для неё проблематично (ещё раз оговорюсь: многие вещи, о которых знаю, по этическим соображениям не привожу). У отдела опеки нет полномочий предоставить в таких случаях сиделку приёмной маме и воспитателей для детей. Увы. В такой уж стране мы живём. Опека забирает троих младших детей и передает их в другую приемную семью (отметим: не в разные приюты, как Апонасович в Козульке, а в одну и ту же семью). Старшие дети остаются с Еленой. Восстановившись после болезни, она может по суду забрать и младших. Вот и всё.

К ЧЕМУ ВСЁ ЭТО МНОГОСЛОВИЕ?

Опека и замещающие семьи — сфера очень тонкая, и действовать здесь нужно крайне осторожно, ориентируясь прежде всего на интересы детей и принцип "не навреди". По-моему, именно в этом направлении Минусинская опека и старалась. Согласен, что не всегда своевременно и, как говорят юристы, не всегда грамотно процессуально, но в целом, по итогу, если думать об интересах детей, на мой взгляд, всё было сделано верно.
Вчера вдруг узнал, что работу отделов опеки в Минусинске и в Шушенском Даша хочет обсуждать в Москве с главной омбудсматушкой России Марией Львовой-Беловой.
Почему-то с детства не люблю доносов, даже устных и сделанных из самых лучших, богоугодных даже, соображений. Факты, изложенные здесь, говорят о том, что недостаточная компетентность специалистов и руководителей опек — проблема всеобщая, причём Минусинская опека в сравнении с той же Советской — это как Мать Тереза против, скажем, Пол Пота.

РАЦПРЕДЛОЖЕНИЯ

Почему бы Даше не съездить для начала в Минусинск, пообщаться там с разными приемными родителями и сотрудниками опеки — составить, так сказать, полноценное личное впечатление. И написать об этом, а ещё созвать круглый стол, пригласив ведущих местных и российских специалистов в этой сфере, чтобы на нем обсудить проблемы и всем вместе поискать пути решения. Можно и на законодательном уровне чего-то решать, одно моё давнее уже предложение по этому вопросу — регулярный мониторинг доверия приемных родителей своим специалистам и руководителям отделов опеки, — более чем уверен, что это существенно повысит их мотивацию работать лучше. Короче, самим чего-то в этой сфере нужно думать и делать, меняя существующий уклад. А не бежать жаловаться "строгой учительнице", как делают выскочки в начальной школе.
Никакой финансовой или какой-либо ещё заинтересованности, повторяю, у меня тут нет — как помогал приёмным семьям бесплатно и анонимно, так и помогаю. Пишу всё это лишь потому, что не хочу, чтобы вместе с водой опять выплескивали ребенка.

Всех — с днём защиты детей, кстати!









Наши партнеры